Вечный Край: Противостояние

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Вечный Край: Противостояние » Пропущенные биографии » Биография Сапфиры Шумахер [пров. Варно]


Биография Сапфиры Шумахер [пров. Варно]

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Имя персонажа.
Сапфира Шумахер (Сапфа). Прозвища: Широ (Шир), Воробушек, Волчонок, Огненная Волчица.

Возраст.
Она даже не считала. Х) А выглядит на четырнадцать.

Раса.
Оборотень.

Должность.
Частный детектив, периодически работает на Императрицу в качестве шпиона.

Характер.
Широ не очень общительна, осторожна. Шумахер наглая, упрямая, хитрая и подлая, без этих качеств она обойтись не может, ведь иначе ее уже давно угробиили. Оборотень трудолюбива, но нередко в ней просыпается лень, и тогда ей вообще ничего не хочется делать. Воробушек любопытна, любит читать абсолютно все, даже всеми признанные, как неинтересные рассказы и романы. Агрессивна, не любит оставлять себя в обиде, старается дать сдачу, если это вообще в данном случае возможно, но когда надо, Волчонок терпелива и даже очень. Шир очень шустрая и пронырливая, никогда и ничего не откладывает на завтра, и тем более на послезавтра. Сапфира любительница погрустить, когда она одна в помещении, а когда совсем тоскливо на душе, может и побаловать себя дорогим вином. Сапфа обладает неплохим чувством юмора и острым языком, а так же тот еще любитель говорить двусмысленно. Знает теорию магии,  хорошо разбирается в зельях и отварах, великолепно комбинирует довольно малые способности в рукопашном бое вместе с умениями оборотня.

Внешность.
Как ни крути, характер Сапфиры далек от ее внешности. Невысокая стройная четырнадцатилетняя девочка, чьи короткие жесткие волосы светло-рыжие и растрепанные, делая Шумахер похожую на напыжившегося воробья (оттуда и взялось «Воробушек»), а цвет кожи с небольшим загаром. Лицо у Широ на вид доброе. Большие голубые, точнее синие, глаза, которые регулярно будто что-то просят; аккуратный маленький носик, на правом «крыле» которого есть две небольшие родинки; узкие ярко-розовые губы, пухленькие щечки. Плечи узкие, руки очень ловкие и цепкие. Узкие бедра, талия ели заметна, ноги стройные, но сильные. Шумахер предпочитает одеваться в простую, свободную одежду. Она не любит юбки и платья, ведь в них бегать очень неудобно, а Сапфе это необходимо, как воздух. Второе обличие – бурая волчица, очень похожая на лису своей рыжеватостью и небольшим размером. Правое ухо ободрано. Все четыре лапки черные. Этот облик Воробушек особенно любит, ведь он, можно сказать, истинный.

История.
С новым годом, с новым счастьем.

Все началось там, в тайге, в той глуши. Все началось с небольшой семьи бурых волков – двух волчат, волчицы и волка. В канун Нового Года их нору завалило снегом тогда, когда те были на первой охоте. Из-за этого пришлось переносить волчат во временную норку, до того времени как нора будет раскопана. Наконец-то маленькая норка готова, можно туда посадить и волчат. Вот один туда проскользнул, готовится второй. Вдруг послышался шорох, потом ропот. Волки, почуяв магию убежали в испуге, успев захватить лишь одного волчонка. Оставшегося волчонка в норке уже не было. Точнее, теперь это не волчонок, а пятилетняя светловолосая девочка, которой придется пережить многое…
Открывает глаза. Все не так, все совершенно по-другому. Она все воспринимает не так, как раньше: что-то хуже, что-то лучше. Тот, почти идеальный нюх исчез, слух ухудшился, стало лучше зрение…
Она была неизвестно где, она видела множество предметов, которые ей не были знакомы. Волчонок попробовала встать, конечно, на четвереньки, так, как она привыкла, но это оказалось очень неудобным, и она плюхнулась на пол. Послышались шаги, скрип двери.
— О! проснулось мое творение, – обрадовался маг. Это был высокий старик в черном плаще, его глаза сверкали в полумраке. – И как же мне тебя назвать? Катя? Нееееет. Ирка? Не… оно точно не твое.
Волчонок заново встала на четвереньки попробовала зарычать, но вышло лишь смешное «шир». Упрямая, она снова попробовала зарычать, причем угрожающе, но снова получилось «шир».
— Охо-хо. Смешная какая. Ширр…. А может тя Сапфирой назвать? Очень красивое имя, а с моей фамилией вообще идеально… Сапфира Шумахер. А ты как думаешь Сапфира? – спросил старик и поставил на ноги Волчонка, но не получилось, и та упала на пол, не слабо стукнувшись о дверцу ближайшего шкафа. На голову Сапфире упала толстенная книга. «Шир, шир. Харррр», – «зарычало» творение мага и спряталось под кровать.
— Это что значит?! А ну-ка вылезай, мне за тя награду получать! Ведь такое долгое время это считалось невозможным… – маг подошел к кровати и, громко кряхтя, нагнулся, чтобы оттуда достать его подопечную. Да, именно так, ведь сделать из волка человека это не только изменить тело, но научить быть человеком.
Сапфира Шумахер попробовала цапнуть колдуна за руку, которая была уже совсем близко, но не вышло, ведь вместо острых коготков были ногти. Старик схватил девочку за руку и вытащил ее оттуда. «Ага… попалась», – услышала Сапфа, но она ничего не понимала. Волчонок брыкалась, как могла, даже сумела поставить фонарь под глазом обидчика, но это только ухудшило положение…
Теперь она была в сыром и холодном подвале. Холодные стены были из кирпича, из-за ледянного пола очень быстро замерзли ноги. Здесь был небольшой столик с пыльной книгой, а под ним – незапертый сундучок. Рядом стояла табуретка. Все маленькое помещение освещал факел, находящийся рядом с выходом. Все вещи были Сапфе совсем неизвестны, и та решила с ними познакомиться. Она подкралась к табурету, понюхала его, поковыряла его пальчиком и тут же пискнула, а после и заширкала. Успокоившись, Шумахер (с немецкого переводится «сапожник») посмотрела на свой пальчик, увидела занозу, потрогала ее и ойкнула из-за боли. Как же от этой штуковины избавиться? Волчонок решила вытащить ее при помощи зубов. Вот и с занозой покончено, можно исследовать это странное место дальше.
Сапфира подошла к другой стороне стола, где не было табуретки, и, упираясь о его край руками, начала рассматривать еще один новый предмет – старая, покрытая тонким слоем пыли книга. Волчонок потрогала кожаную обложку книги, потом и понюхала ее и тут же чихнула так, что упала на пол.
Теперь пришла очередь сундучка. Сапфа трогала сундук своими маленькими ручками, ворочала разные цепочки, крючочки и другие фенечки. Послышался щелчок и ларец открылся, и увидела девочка еще кучу новых вещичек: золотая ложка, мячик, погремушка, пустой мешок из драконьей кожи, вязаная шапка, наручные часы, ножны какого-то кинжала и фарфоровая кукла. Много, слишком много. Надо отдохнуть, отложить все это назавтра. Шумахер легла на пол, прижала к себе ноги и уснула. Да, таким было первое знакомство Волчонка с миром людей.

Скажи «учитель».
Кто-то потряс Сапфиру за плечо. Девочка открыла глаза и увидела вчерашнего старика. Она все еще была в подвале. Свет, шедший из-за двери, осветил это помещение, и теперь оно не было таким уж и жутким.
— Наконец-то. Теперь будим тебя учить разговаривать, – сказал маг и усадил Волчонка на табуретку. Он показал на пыльную книгу рукой и четко сказал. – Кни-га.
— Фига, – пискнула Сапфира.
— Да нет, кни-га.
— Фига, – настаивала девочка.
— Книга тебе говорю! – крикнул волшебник и стукнул кулаком по столу.
— Фига! – крикнула Волчонок и тоже стукнула своим маленьким кулаком по столу.
— Книга!!!
— Фига!!! – пискнула Сапфа, и волшебник понял, что так дело не пойдет. Он достал сундучок из-под стола и начал оттуда доставать разные вещички и говорить их название.
— Это ложка, а это – погремушка…
— Ло-ка, по-гре-му-ка, – повторяла девочка и звонко хихикала.

***
Урок познания мира закончился, маг ушел, а где-то через пять минут вернулся с тарелкой вареной картошки и кусочком хлеба. Он давал Волчонку одну картофелину за другой, а та жадно их съедала. Сам же колдун обошелся хлебом. В руке у него появилась маленькая кружка воды, девочка потянулась к ней.
— Это круж-ка, – сказал темный волшебник, протягивая кружечку. Девочка лаканула языком воду и, убедившись, что это съедобно, вылакала все остальное. Повадки животного у человека – это странно и смешно, но ведь Сапфира-то была раньше диким зверем, а это только первые дни...
— Скажи у-чи-тель, – промолвил маг и хитро улыбнулся.
— Уситеп, – пролепетала девочка и засмеялась.
— Я – учитель, – сказал старик, выделив последнее слово.
— Я – уситеп.
— Нет, не ты, а я.
— Не цы, а я, – настаивала Сапфа.
«Уситеп» взревел громко и в тоже время сухо, испуганная девочка упала на пол, сделав кувырок в воздухе и упав четко на руки и ноги. Волчонок громко заширкала, а после и зарычала, ведь теперь она понимала, как люди могут рычать. Маг ушел с тарелкой и кружкой, что-то бормоча под нос, закрыл дверь. Сапфира же залезла поз стол и открыла ларчик, ведь она еще не потрогала каждую вещичку, не попробовала ее на вкус… в общем она все то еще не изучила хорошо.
Девочка достала ложку и повертела ее в руках. «Лоска», – сказала Шумахер и положила ее обратно, а после достала мешочек из драконьей кожи. «Месосек», – сказала Сапфа и начала ее с предельной внимательностью разглядывать, щупать его, нюхать, гладить. Теплая гладкая чешуя дракона приятно грела кожу, девочка прикладывала мешок к уху, и ей казалось, что она слышит шипение загадочного существа – дракона – о котором понятно для нее рассказывал маг. «Дракон, страаааашный, – говорил тогда учитель, изображая страшное лицо, – и большоооой», – протягивал он, показывая руками, какой дракон был огромным. Девочка с интересом на него смотрела своими большими глазками и внимательно слушала.
Сейчас же Сапфа была одна и изучала по-своему эти предметы. «Кукля – это девотька. Это часики, погремука», – сказа звонким голоском Сапфа и положила все обратно, кроме мешка и погремушки. Она положила погремушку в мешочек из драконьей кожи, потом достала ее, потом снова спрятала туда, а после все положила в ларчик, закрыла его.

Оборотень.
Вот прошло два года, девочка подросла, заполнила тот огромный пробел, который у нее был. Она легко обучалась, главное было ее заинтересовать, а дальше все просто. Сапфира уже была семилетней девочкой, жесткие короткие светло-желтые волосы которой торчали во все стороны, из-за чего Уситеп (это прозвище на всю жизнь привязалось к нему, как только он первый раз показал ученицу своему другу), когда нервы того были очень расшатаны, называл Сапфи лахундрой. Волчонок была несерьезной, любила ставить мага в неловкое положение, что у нее нередко получалось. Она совала нос куда попало, когда старик уходил, и нередко нарывалась на защитные заклинания, после чего долго боялась выходить из подвала. Но осталось главное – волчьи повадки. Ширканье осталось, и еще добавилось прозвище «Шир», ну а после и «Широ», которое употребляли чаще, чем Сапфира и Шумахер. Да и характер был волчьим, и манеры…
Маг ушел, необдуманно оставив у себя на столе дорогое перстень, к которому уже кралась Сапфира. Вот она и у стола учителя, пока только на расстоянии разглядывает кольцо. Перстень был действительно большим. Он был сделан из бронзы, руны и иероглифы были выведены платиной. Тут взгляд оторвался от перстня и перешел к золотому медальону. Шумахер закрыла глаза и воспользовалась своими способностями сенсора – защитных заклинаний не было. Девочка взяла медальон в руки, что бы его было удобнее разглядывать. С одной стороны была изображена луна, а с другой – солнце прикрытое справа месяцем. Серебряная цепочка покачивалась из одной стороны в другую. «Ух ты какой красивый, интересно он что-нибудь делает? Думаю, Павел Ильич не скоро вернется. Но все же… нет, не надо», – Шумахер положила медальон на место и вернулась в подвал, где было все так же холодно и сыро… И стоял под столом все тот же ларчик, с теми же «игрушками».

***
Щелчок – значит, Уситеп вернулся. Широ слезла со стола и выбежала в холл. Маг мельком посмотрел на Сапфиру, проворчал что-то неразборчивое и пошел к себе в комнату.
— Шоколадку принесли? – деловито спросила девочка.
— Неееет, – протянул маг.
— Но почему? Вы же обещали!
— Мало я чего обещал… Все обещают, но не всегда исполняют обещания, - проворчал Павел Ильич, и, немного подумав, добавил. – Иди, я тебе кое-что решил подарить. Тебе должно понравиться.
Волчонок, которая уже собиралась пойти в подвал, вздрогнула от неожиданности. Подарок? Какой же он будет? Девочка вошла в комнату старика с сияющими от любопытства и радости глазами. «Вот», – сказал старик и протянул Широ тот самый медальон. Шумахер взяла его в руки и начала делать вид, что его с любопытством рассматривает.
— Ну как, нравится?
— Угум, а он что-нибудь делает?
— Да… он будет тебе позволять перевоплощаться в волчицу круглые сутки. Можешь сейчас испытать.
— А…
— Просто надо ему показать небесное светило. Как – ты уже сама догадалась.
Девочка выскочила во двор. Дом, в котором они жили, стоял на одной из опушек таежного леса. Немного влажно, веет слабенький ветерок, солнце ярко светит и приятно греет своими ласковыми лучами. Такое очень редко бывает здесь…
Сапфира повесила на шею цепочку с медальоном, после показала солнышку солнце. Легкая дрожь пробежалась по телу девчонки, а через мгновение Шир поняла, что стоит на волчьих лапах. «Но он ведь не подействует, если солнце будет закрыто тучей или будет новолуние», – поняла Сапфи.
— Если хочешь вернуться обратно, просто это представь, – услышала Широ голос колдуна.
Прощай…
Скучно сидеть одной дома, особенно, если ты каждый день разговариваешь с одними и теми же людьми, и когда каждый день похож на другой. «День Сурка», – так говорят люди, когда так получается, когда один день такой же, как и предыдущий.
Широ лежала на полу и читала именно об этом. Ей уже было двенадцать. Что же за книга это была? Ее название – «Фразеологизмы или несвободные словосочетания». Дело в том, что Павлу Ильичу надоело пояснять каждый фразеологизм, который он произносил. «Хватит баклуши бить, а ну иди решать задачи», – кричал на нее темный маг. «Бить баклуши?», – с недоумением спрашивала Широ. «Это значит – ничего не делать. Широ, быстро иди решать задачи!» «Да иду я, чего орать-то?..»
Но это было давно. Сейчас же Сапфира была одна и подумывала, как можно сбежать из этого дома, хотя бы на два часика, ведь Павел Ильич ей запретил это, а, по мнению Шир, это могло только означать, что маг от нее скрывает что-то важное или интересное. «Просто так не удерешь… блокировку надо снимать, а я это не могу сделать…» – думала Шир, но каждый план был невыполним, ведь дом был защищен магией. И тут Сапфиру осенило…

***
Суббота. Павел Ильич ушел в деревню, оставив Волчонка дома. Прошло десять минут и девчонка, лежащая от безделья на полу, резко оживилась. Она открыла сундук и достала оттуда мешок из драконьей кожи и положила туда все вещи, которые у нее были (т. е. очень мало). Немного одежды и «игрушечки», с которыми она была знакома с самого начала жизни в облике человека. Потом она захватила кошелек, полный денег, который старикашка по своей рассеянности оставил на столе без каких либо защитных заклинаний.
Вот и Шумахер у двери. «Если я все правильно рассчитала, то драконья шкура отразит магию и меня даже не заденет, главное – во время проскочить», - все прошло как по маслу…
—Прощай, мой немилый дом, – попрощалась Сапфира и пошла, куда ноги глядят…

***
Пруд. По его золотистой поверхности плавают маленькие и кусочки хлеба, от которых расходятся круги. Небольшое семейство уток медленно плавало у берега. Мама-утка плыла впереди, а за ней – маленькие пушистенькие утята, один из который постоянно отставал, потому что он был любопытным и совал свой клювик в травку, чтобы узнать, что там есть. Может там червячок, а может, и жук-плавунец найдется в зарослях камышей. Селезень важно плавал с другой стороны пруда, периодически ныряя в воду, что бы поживиться чем-нибудь вкусненьким. Трое мальчишек играли рядом, на полянке, в чехарду.
Около той полянки был таежный лес, на границе которого притаилась Широ. Ее отрывали от нового мира всего лишь пять шагов, так мало, но Сапфире не хватало храбрости. А вдруг ее мальчики заметят? Что же тогда будет? Сапфи сделала шаг назад и наступила на ветку, а после испуганно бросилась вглубь леса, что было мочи. Колючие ветки елей и сосен больно кололи кожу, большие корни так и намеревались заставить Шумахер упасть на землю и ободрать локти да колени…

***
Заблудилась. Паника. Не хочется, чтобы кто-то нашел, но и оставаться одной страшно, очень страшно. Уже был вечер. Волчонок сидела на пне и беспомощно плакала. Она не знала, что делать. Оставаться же на месте было не правильно – маг мог ее только так найти, но и идти куда-то было неразумно. Одна слеза скатывалась за другой. Страшно. Сапфа уже представляла, как на нее будет ругаться Уситеп и какими будут следующие дни. Голод, холод, куча уроков, все будет одинаковым и неинтересным, будет День Сурка… Нет, так нельзя жить, это нее ее вариант, она этого не хочет, она - дикий зверь, а не игрушка. Зверь… рыжая волчица… хищник…
Широ повернула медальон, висящий на шее, к уходящему солнцу. Все. Теперь она волк, падальщик и хищник. Рыжая шерсть волновалась от слабого ветра. Сапфира начала искать себе добычу, ее уже терзал невыносимый голод.

Ох, мороз, мороз, не морозь меня...
Прошло лето, потом и осень, наступила зима. Трескучий мороз, сильный ветер, постоянные пурги и метели. Волчица лежала в норе, отдыхала. Только что прошла неудачная охота и Широ очень устала, все-таки зайцы очень быстрые, и гоняться за ними далеко нелегко.
Ууууууууу… фшшшш… зжжжжжжжж…
Ветер завораживающе гудел, выл, свистел. Это была страшная сибирская симфония ветров. Никого в лесу сейчас не видно, совсем никого, все попрятались.
Сапфира давно забыла, какого быть человеком, все ее знания спрятались в дальний угол и не показывались. Маг же до сих пор искал свое творение, но не получалось, а ведь причина была проста – мешок из драконьей кожи отражал всю магию, которую старик применял. Все те вещи были с Широ, но та об этом не помнила, да и увидеть их было невозможно, пока Сапфа была в волчьем обличии.
Буря наконец-то закончилась, можно выйти погулять. Тихо. Лишь изредка слышится какой-нибудь звук, который понять можно по-разному. Шумахер медленно и как можно тише прохаживалась по лесу и в итоге забрела в незнакомое место или нет…
Замерзшее озеро, поле, а дальше… что? Деревня, дальше будет деревня. Отсюда ее не видно, но стоит подняться чуть-чуть выше, и она покажется во всей своей красе. Широ здесь была и не так уж давно. Нахлынули воспоминания, все, что было забыто, вернулось.
«Нет, не хочу, не буду. Я – волк! ВОЛК!!! Но… но, уже не могу быть им просто потому, что пропал инстинкт. Нет, только не это, я не хочу быть человеком!!!», – метались мысли в голове Сапфиры. Как только она представила, как становится человеком, поняла, что она больше не зверь. Горе, какое горе! Она не замечала дикого холода, она плакала, она потеряла то, к чему была так сильно привязана! Уснула. Уснула, потому что не хотела видеть себя такой…

***
— Она живая? – услышала Широ голос девочки.
—Не думаю. Уж больно бледная, – послышался второй голос.
— Смотри, смотри! Она пошевелилась! – первый голос.
— Да уж. Оно к лучшему, – кто-то сказал угрюмо.
— Попугай, чего это с тобой? – второй.
— Мама хочет, что бы я был отличником и не пропадал невесть где. Еле из дому выбрался, – ответил третий.
Сапира открыла глаза и села. Ей было то жарко, то холодно. Голова гудела и сильно болела. Кожу покалывало. Нос забило, а ртом было очень тяжело дышать, да еще и горло будто бы что-то резало.
— Кот, дай ей попить, – услышала Волчонок все тот же угрюмый голос. Это был невысокий худой мальчишка, очень пестро одетый. Красная куртка, темно-синий шарф, зеленая шапка, фиолетовые штаны, желтые резиновые сапоги. Неудивительно, что его называли попугаем.
— На, выпей, – услышала Широ и оторвала взгляд от пестрого. Полный, выглядящий довольным, как кот, мальчик вручил Шумахер кружку с теплым малиновым чаем. Сапфира медленно выпила чай, горло неприятно болело.
— Как зовут? – спросила девочка, у которой рыжие кудряшки вылезали из-под вязаной серой шапки.
- Сапфира… Шумахер. Правда чаще называют Широ, – ответила Волчонок и тут же поморщилась из-за боли в горле.
— Хмь. А я Катька Стрижина, – сказала девочка. – Горлышко болит?
— Да, очень.
— Подожди, – Катя скрылась за шкафом и через пять минут подошла к Шумахер с каким-то варевом, сильно пахнущим мелиссой.
— По одному глотку в час и все пройдет, – пролепетала она, протягивая оборотню чашку.
— Ладно, я пойду... – сказал попугай и вышел. Тишина. Прошло несколько минут, ушел еще и кот. Остались только Широ и Катька. Шумахер сделала один глоток отвара, послышался мятный вкус.
— А где я?

Клуб железного кота.
Так вот, оказалась Широ в клубе Железного кота, символом которого была небольшая статуэтка из железа в виде кота, как вы и догадались. Участники этого клуба – любители приключений, интересных историй и всего прочего, о чем только не мечтает ребенок.
Резиденцией этого клуба было полое дерево – старый-престарый дуб, который не смогут обхватить руками даже десять человек. Дерево, конечно, мертвое. Его дети изнутри покрыли лаком, проход замаскировали мхом. Заменой настоящим листьям были искусственные, найденные на свалке, которая была не очень далеко от деревни. Издалека деверево не очень-то выделяется, так что резиденцию обнаружат еще нескоро.
Внутри полое дерево походило на обыкновенную комнату благодаря шкафам, стоящими вдоль стены, заполненными самыми разными книгами о приключениях и интересными вещичками. В центре комнаты был круглый стол, около которого стояло шесть стульев. Число шесть считалось у клуба железного кота счастливым, а число семь – наоборот. Появлению Широ мало кто был рад, все до нее было шестеро участников, а теперь – семеро…
Сапфира жила в резиденции. Ей таскали еду, а она же очень активно учувствовала во всех похождениях. В свободное время Шумахер делала ремонт в дереве-резиденции. Она делала боле прочные и аккуратные шкафы, переставляла все с одного места на другое, что бы было удобнее. Широ сделала целую зеркальную систему, что бы помещение весь день было хорошо освещено, некогда неровный деревянный пол, сделанный из четырех досок, стал паркетным, покрытым ворсистым ковром. Конечно, пол она сама не смогла бы сделать, днем ей помогали мальчишки, изредка подключались и девчонки, которых, не считая Волчонка, было трое.
Ах да… Сапфире придумали веселое прозвище – Воробушек, – которое очень даже понравилось девочке.

***
Март. Снег немного подтаял, все-таки это Сибирь, а в Сибири холодно…
Воробушек доделывала каркас дивана. Она сидела на полу и вкручивала последние два шурупа. Рядом с Сапфирой валялся ящик с инструментами, лежала кучка стружек и опилок. Ковер был временно убран, ведь при такой работе его можно очень даже легко испортить…
В резиденцию вошел Ученый – правая рука главы клуба железного кота, - которого по-настоящему звали Васька Нигерев. Главой клуба был сам Кот. Его левая рука – Рукавичка или Шизина Вера. Попугай и Широ пока просто занимались ремонтом резиденции, а Катька приносила из дому нужные вещи. Еще одна девочка из клуба – Редиска или Фофина Ирина – была главной во время похода. Вот и все семеро: Широ, Катька, Редиска, Рукавичка, Кот, Ученый, Попугай.
— Ух ты… – протянул Ученый. Дело в том, что его долго не был в резиденции, а она за это время значительно изменилась, стала лучше.
— Прикольно? Сегодня диван доделываю, а дальше, наверное, больше ничего делать не буду – сказала Сапфира, натягивая на уже сделанный каркас готовый чехол. – Фух. Готово.
Шумахер положила на диван подушечку и поставила его у круглого стола.
— Круто, – сказал Нигерев. – Воробушек, я пришел с плохой, мягко говоря, новостью.
— Что произошло?
— Похоже, Редиска тебя выдала и, заодно, весь клуб с резиденцией. Сегодня же тебя отправят в детдом, клуб распустят, а что с резиденцией будет – я не знаю.
— Редиска, так редиска. И что же делать?
Отвечать не пришлось. В комнату вошло четверо незнакомых Сапфе людей, а за ними предательски маячила Редиска. «Прав был Попугай: мое появление здесь было не к добру…» – пролетела в голове мысль у Волчонка.
Возвращение
Не светись, и все будет хорошо. Это правило за месяц Широ помнила каждое мгновение, двадцать четыре часа в сутки. Без медальона она была полностью беззащитна, а он был спрятан, как и все остальное, под полом резиденции. Однако Шумахер все равно выделялась, пыталась защитить слабых, но против десятерых это было невозможно.
Сейчас она пряталась на крыше соседнего дома. Под глазом светился яркий синяк, руки были исцарапаны. Ей было страшно. Воробушек здесь не имела ни одного друга…
— Если еще раз сбежишь, то я не уже не буду тебя искать, – услышала она до боли знакомый голос.
— Учитель! – воскликнула Шир…

***
Следующие годы она провела в хижине Павла Ильича и училась, но уже не быть человеком, а теории магии. Оказалось, что Сапфира могла перекидываться в волка с самого начала, просто не хватало умения. За время учебы Сапфа значительно изменилась. Она больше не была такой хорошей, как раньше, а наоборот озлобленной на весь мир.
Теперь не было и мысли в голову уйти из дому, после того, что случилось, а воспоминания о внешнем мире быстро растворились в потоке новых знаний, который постоянно увеличивался, а в один единственный день закончился. Это был день, когда колдун получил премию за свое творение.
Прошли еще годы. Сапфира обучилась рукопашному бою, перечитала много книг по химии и психологии. Шумахер стала профессиональным детективом, а от того – одной из известных личностей крупных городов Империи – желтая пресса быстро распустила слухи о таинственном детективе, которому тут же дали еще одно прозвище – Огненная Волчица.
Основная масса народа знала о детективе лишь две вещи. Первая – что это оборотень, перекидывающийся в бурую волчицу, а второе ¬– что детектив имеет поддержку самой Императрицы, единственного человека, который знает, как выглядит Огненная волчица в облике человека.
Без магии было очень трудно, но среди оборотней, не любивших магов, ой как не хотелось иметь врагов, ведь своих Широ хватало по горло. Если бы не осторожность и защита Императрицы, то Сапфа уже давно бросила бы работу частного детектива и ушла бы в глухомань, где о ней никто и не слыхивал…

Способности.
Оборотничество (как и полное, так и частичное). Сапфира читает мысли и передает их без особых затрат сил. Блокировки работают, однако слабые Шумахер очень легко обходит, а со средней сложностью приходится повозиться, но и то не очень долго, а вот с блоками сильнее среднего Шир ни при каких условиях работать не станет. Еще оборотень всегда видит людей такими, какие они есть на самом деле во всех смыслах. Обладает способностями сенсора – по окружающим ее энергетическим потокам может определять возможности, силу и принадлежность расе, так же мгновенно ощущает заостренный на ней чужой взгляд, распознает большинство заклинаний и другие активированные магические и мистические навыки.

Имущество.
Мешок из драконьей кожи, который Сапфира часто использует как магический щит. В мешке: немного одежды, пара книг. В одном из карманов штанов Широ всегда держит карманные часы. Плащ-невидимка – одна из тех вещей, без которых работать детективом Шумахер было бы просто невозможно. Выглядит он как самый простой плащ темно-фиолетового цвета, не особо большого размера, как раз для невысокой четырнадцатилетней девушки. В пассиве его магию обнаружить невозможно, но как только владелец мантии ее на себя надевает, то никто не может смотреть на него, как ни крути. Человек, одетый в этот плащ, попросту перестает быть интересным, смотреть на него совсем не хочется, отводишь от него взгляд, постепенно забываешь, что вообще о нем думал, а сопротивляться действию мантии даже не хочется.

+1

2

Придраться не к чему. Вернее есть, но не хочется.

Пропущена.

Драхм: 70

0


Вы здесь » Вечный Край: Противостояние » Пропущенные биографии » Биография Сапфиры Шумахер [пров. Варно]